Смерть Романа Ильича

                                                               Макс Сладкий

 «Согласно моему клиническому опыту, самым надежным способом при лечении раздвоения личности является искусственное развитие мании величия»

                                                                Б. Ганушкин                                                           

Раздвоение личности – это литературная мистификация или психиатрический диагноз? И где пролегает та грань, что отделяет оптимистическую мистификацию от пессимистического диагноза? Эти непростые вопросы неминуемо встанут перед каждым, кому невзначай (слишком малый тираж в 800 экземпляров не предполагает доведения этого «шедевра мысли» до широкой читательской аудитории) попадет в руки новое творение известного американо-российского мастера детектива Льва Гурского.

В отечественную литературу «американец» Гурский вошел в начале 90-х годов прошлого века со стороны саратовских задворок. Именно в это лихое время одно из местных издательств (если не ошибаюсь, оно носило сходное духу времени название – «Труба») начало с завидной регулярностью выпускать иронические детективы Льва Гурского. Сюжеты этих произведений были незамысловаты. Почти в каждом из них содержалась претензия на «большую политику», т.е. присутствовали козни неких злонамеренных личностей в отношении главы государства. Надо отдать должное конъюнктурному нюху «русского американца» Гурского. Первоначально его романы очень удачно вписались в российскую окололитературную и политическую действительность. В то время такой жанр, как иронический детектив, был практически неизвестен отечественному читателю. А политические детективы с упором на местный материал, выходившие из-под пера наших бывших соотечественников, пользовались бешеным спросом (вспомните первоначальный успех произведений Тополя и Незнанского). Иными словами, на тех наших сограждан, которые еще в советское время сумели слинять на запад, на территории СССР в начале 90-х годов смотрели если не как на каких-то «гуру», то уж, во всяком случае, как на людей высшего сорта, обладающих какой-то неведомой истиной.

Поэтому первые, вышедшие в Саратове, книги Льва Гурского пользовались повышенным спросом даже в Москве.

Более того, по одному из ранних романов Гурского на деньги ныне беглого магната Владимира Гусинского и на принадлежавшей ему в то время киностудии был снят приключенческий многосерийный блокбастер под названием «Д.Д.Д.» – «Досье детектива Дубровского». Какое значение еврейский олигархический капитал придавал в то время «раскрутке» Гурского как писателя, говорит такой простой факт. На роль главного героя в МОСТовском сериале был приглашен голливудская звезда  Мэл Гибсон. Однако, узнав от одного из своих приятелей в ЦРУ, что в сценарии «Д.Д.Д.» на подсознательном уровне заложен алгоритм грядущих «оранжевых революций», ушлый голливудец запросил гонорар, соразмерный десятой части годового бюджета ФБР. Естественно, на такое расточительство даже Владимир Гусинский, при всей декларируемой им любви к демократии, пойти не смог. Поэтому главная роль в «Д.Д.Д.» досталась всенародному любимцу Николаю Караченцову.

Начало нового тысячелетия, которое в России было ознаменовано переходом государственной политики из состояния демократической вседозволенности к выстраиванию жесткой президентской вертикали, стало закатом политических карьер еврейских олигархов. Постепенно, но неуклонно изживаются последствия этого уродливого явления из нашей жизни.  Получилось почти как в известной детской игре: кто не уехал, тот сел. А то, что вы не спрятались – мы не виноваты!

В эти благословенные для России новые времена резко пошла под откос «писательская» карьера американца Гурского. Издательство «Труба» было переименовано и стало называться литературным агентством «Научная книга». При этом смена вывески сопровождалась и серьезными подвижками в содержательной части «издательского портфеля». Действуя в духе времени, руководство «Научной книги» нашло в себе волю отказаться от прежней политики низкопоклонства перед Западом (то бишь от «романов» Гурского) и поставить на поток производство высокохудожественных отечественных детективов для массового читателя с невысоким уровнем достатка и интеллекта. В результате, помимо таких традиционных символов нашего города, как саратовская гармошка или саратовский калач, мы получили и наш местный саратовский литературный брэнд – «Марина Серова».

Что касается Гурского, то он на новые тенденции в литературной жизни Саратова и России реагировал довольно нервно, а под конец и вовсе решил учинить медийное непотребство. Чуя моду на отечественного автора, Гурский уговорил своего литературного агента Романа Эмильевича Арбитмана, перебивавшегося с хлеба на квас и зарабатывавшего себе на этот хлеб и квас в малотиражной газетке с громким названием «Саратов – столица Поволжья», пойти на литературную мистификацию. На специально устроенной пресс-конференции Роман Эмильевич объявил, что никакого Гурского на самом деле не существует и, более того, никогда не существовало. И что все это время именно он – Арбитман – истинный русский писатель и коренной саратовец, дурачил почтеннейшую публику, используя этот якобы псевдоним. Сколько за это «саморазоблачение» Гурский заплатил Арбитману, мы можем только догадываться. Но только никакого литературного успеха этот глупейший ход эмигранту Гурскому не принес. Журналисты поохали, поахали и разошлись по своим редакциям.

Сегодня, по прошествии времени, мы можем констатировать, что коммерческий успех этой акции равнялся нулю, а практический и вовсе уходил в минус. По крайней мере, для Арбитмана, который последние три-четыре года стал вести себя более чем странно на публичных мероприятиях, проводимых в формате презентации его новых книг. Не имея возможности явно опровергнуть тот факт, что Лев Гурский – это он сам, Роман Эмильевич традиционно выступал с докладом-самоотчетом длительностью не менее часа. И после этого доклада уже ни у кого из присутствующих не оставалось никаких сомнений в том, что писатель Гурский из Америки и литературный критик Арбитман из Саратова – это два разных человека. В результате, синклит поклонников таланта Гурского-Арбитмана, которых в многотысячном Саратове набиралось едва ли три десятка человек, раскололся надвое. Первые искренне считали, что у Ромы начались серьезные проблемы с психикой с явными проявлениями признаков раздвоения личности. Однако из-за симпатий к своему кумиру (но, главным образом, из-за опасений навсегда лишиться халявных закуски и выпивки, традиционно предлагаемых по завершении подобных мероприятий) не решались позвонить по «03». Вторые же, напротив, были уверены, что бедный Роман Эмильевич просто связан определенными обязательствами со своим заокеанским спонсором, под дудку которого он отнюдь не безвозмездно продолжает плясать. Но даже в условиях жесткого и секретного контракта Арбитман все же нашел способ сохранить свое доброе имя и творческую индивидуальность.

Так или иначе, но все понимали, что долго подобное состояние длиться не может, и ждали развития интриги. И оно последовало в виде новой книги Льва Гурского под названием «Роман Арбитман. Биография второго президента России». Нетрудно заметить, что само заглавие новой книги несет в себе претензию на политическую провокацию. Трудно поверить в то, что по прочтении этого опуса массовый российский читатель среднего уровня достатка и интеллекта сможет разлюбить нашего национального лидера – Владимира Владимировича Путина. Или, уж тем более, забыть, что именно Владимир Путин, а не какой-то Роман Арбитман, был вторым президентом России в период с 2000 по 2008 годы. Нет, смысл гнусной окололитературной провокации отщепенца из Нью-Йорка заключается совсем в ином. Своей жалкой поделкой, написанной в стиле либерального контрреализма, Гурский как бы исподволь старается заронить в сознание читателей мысль о том, что российская история последних десяти лет могла бы пойти совсем по иному, «доброму», сценарию, окажись в президентском кресле еврей-полукровка Арбитман.  (Конечно, можно было бы и не заострять внимание на национальности главного героя новой книги Гурского, если бы этого не делал на ее страницах сам автор).     

Неподдельное подвижничество реального президента Путина на ниве государственного строительства заменяется на страницах новой книги Гурского панибратскими контактами «президента Арбитмана» со своими соплеменниками, оставившими печальный след (а точнее, нечисто наследившими) в новейшей российской истории. Естественно, что ни Борис Березовский, ни Михаил Ходорковский, которых современное российское правосудие назвало уголовными преступниками, не выглядят в новой книге Гурского отъявленными злодеями. Более того, эти персонажи даже вызывают уважение и сочувствие. По версии Гурского, это очень талантливые, но немного заигравшиеся (причем заигравшиеся, безусловно, в интересах России) люди. В частности, из новой книги можно узнать, что удаление из политической жизни России Бориса Березовского и  последующая эмиграция в Англию произошли не из-за его антигосударственной деятельности и мошеннических операций с Аэрофлотом, а из-за неуемного и всепоглощающего стремления БАБа влить побольше западных «бабок» для подъема российской экономики. Для отбеливания «черного лондонского кобеля» Березовского литературный пигмей Гурский выдумывает поистине фантастический сюжет. По излагаемой в его книге версии, с АПЛ «Курск» ничего плохого вроде бы и не происходило, а государственный переполох был из-за того, что это тонул в половодье областной город Курск. При этом вице-премьер Березовский, спекулируя на постигшем курян стихийном бедствии, на два дня задержал начало спасательных работ, дабы получить от МВФ 130 миллионов долларов благотворительной помощи и влить эту сумму (заметим, безо всяких откатов) в тощий региональный бюджет.

Еще занятней на страницах книги Гурского выглядит ситуация с «посадкой» Михаила Ходорковского. Оказывается, ни в чем предосудительном, типа уклонения от налогов или, уж тем более, причастности к заказу убийства мэра Нефтеюганска, наш нефтяной магнат не замешан. Единственная вина Ходорковского (если верить Гурскому) заключается в том, что он в 2004 году решил избираться президентом России. За это его, по прямому указанию действующего «президента Арбитмана», и посадили. Но отнюдь не в трудовое исправительное учреждение, как вы по наивности могли подумать. Президент Арбитман в команде со своими силовыми министрами терпящий бедствие самолет нефтяного магната сажает на заболоченный луг в окрестностях Новосибирска, чем спасает последнему жизнь. А затем выдуманный Гурским президент сажает и самого Ходорковского … в кресло федерального министра топлива и энергетики. Очень здорово, не правда ли?

И одними только московско-еврейскими олигархами жизнеописание «второго президента России» Романа Арбитмана отнюдь не ограничивается.

Новая книга Гурского буквально кишит семитскими именами саратовского происхождения. Начиная от ныне покойных бывшего директора 37-й средней школы Самуила Брука (в реальности Недлина), декана филфака СГУ Светланы Гайдн (на самом деле Бах) и кончая ныне здравствующими выпускниками 19-й средней школы – успешным московским адвокатом Генри Резником (который в книге Гурского переносится на ПМЖ на берега туманного Альбиона и даже наделяется рыцарским званием) и известным саратовским художником-журналистом Борисом Глубоковым (в книге фигурирует под фамилией Глубокий). Фантазия Гурского переносит Глубокого из Саратова в Москву и устраивает его на работу в редакцию «Советской России». При этом Борис Глубокий преподносится читателю как автор провокационной статьи «Шабаш иудопедерастов в Кремле», якобы опубликованной в «Совраске». В реальном российском государстве за подобные художества журналист без еврейской родословной вполне мог бы загреметь по статье 282 Уголовного кодекса. А вот в «добренькой» России Гурского-Арбитмана с Глубоковым-Глубоким происходят неприятности совсем иного сорта. Журналист становится жертвой редчайшего в наших краях природного явления – мини-торнадо.

«Смерч подхватил журналиста Б. Глубокого у входа в пивной бар «Землячок» на улице Тимура Фрунзе, перенес по воздуху метров на пятнадцать, пару раз перевернул в воздухе, а затем мягко опустил в открытый мусорный контейнер. Свидетелями происшествия стали восемь человек – причем не только выходивших из бара, но и направлявшихся туда. Так что предположение о массовой алкогольной галлюцинации следует сбросить со счетов», – читаем мы в книге Гурского.

Со своей стороны хотелось бы отметить, что московскому прототипу саратовского художника-журналиста могло бы достаться и покруче, не знай Гурский от своего литературного агента Арбитмана о существовании у Бориса Глубокова еврейского дедушки Йобселя Мовшевича Блоткинда. Несколько лет назад герой войны Йобсель Блоткинд переехал на ПМЖ в Филадельфию. А потому при необходимости вполне мог прилететь в Нью-Йорк и по-фронтовому накостылять Леве Гурскому за обиженного в печати саратовского внука.

Но, пожалуй, хватит о евреях. Давайте лучше посмотрим, что в контексте изображенного Гурским еврейского междусобойчика происходит с чисто конкретными русскими людьми. Причем людьми достаточно известными в нашем городе и области. Бывший русский губернатор Дмитрий Аяцков и нынешний русский губернатор Павел Ипатов в новой книге Гурского вообще не упомянуты. Что они значат на фоне такой фигуры планетарного масштаба, как «Президент Арбитман». Ну, да Бог с ними, с губернаторами. Их отсутствие вполне можно стерпеть, списав на произвол авторского вымысла. Но то, что этот нью-йоркский литературный отщепенец на страницах своей новой книги подспудно, но недвусмысленно глумится над становым хребтом современного российского общества, его направляющей и организующей силой – партией «Единая Россия» – это уже переходит все допустимые границы политической толерантности.

Формально этому системообразующему политическому институту нашего общества на страницах новой книги Гурского места не находится. Зато автор идеи создания новой российской партии, известный отечественный политтехнолог Глеб Павловский после разового общения с президентом Арбитманом вынужден окунуть голову в унитаз. Причем не один, а целых пять раз! Таким образом, читателю недвусмысленно дается понять, где на самом деле должны находиться мозги человека, придумавшего ОПОД «Единство» – предтечу «Единой России».

Еще коварнее писатель Гурский обходится с нашим знаменитым земляком и региональным благодетелем, секретарем Генерального политсовета «Единой России» Вячеславом Викторовичем Володиным. Напрямую фамилия Володина в новой книге Гурского также не названа. Но зато утверждается, что известная народная присказка «генсек-гомосек» родилась именно в Саратове в конце 80-х годов прошлого века. То есть в то самое время и в том самом месте, когда и где Вячеслав Викторович Володин начинал свой путь политика в качестве депутата Саратовского горсовета последнего созыва. Однако на этом провокационные литературные аллюзии в отношении нынешнего генсека «Единой России» на страницах новой книги не заканчиваются. Писатель Гурский изменяет у декана филологического факультета СГУ Валерия Прозорова его законные имя и отчество, в результате чего Прозоров из Валерия Владимировича превращается в Вячеслава Викторовича. Таким незамысловатым литературным приемом литературный отщепенец из Нью-Йорка добивается поразительного эффекта: генсек Володин и декан Прозоров семантически сливаются воедино в рамках одного литературного персонажа. И именно этого литературного персонажа Гурский (якобы в целях экономии бумаги) начинает именовать не иначе, как «ВВП». Чувствуете, в чей огород пущен булыжник в то самое время, когда Россия дала отпор распоясавшейся грузинской военщине, вступившись за своих граждан в Южной Осетии? При этом в книге довольно подробно выписывается выдуманная биография «ВВП», из которой следует один очевидный вывод. А именно, что весь присущий Вячеславу Викторовичу демократизм берет начало из колымских лагерей, где он (если верить Гурскому) провел свои детские годы. Дальше, я думаю, можно не продолжать.

Однако даже глумление над конкретными политическими институтами, государственными и общественными деятелями современной России не может полностью удовлетворить злопыхательства литературного поденщика из Нью-Йорка. В своем опусе по умолчанию он замахивается даже на некоторые, наиболее популярные в народе, национальные проекты. Издеваясь над одной из национальных российских бед – опережающей депопуляцией народонаселения (попросту говоря, вымиранием), своего главного героя – президента Арбитмана – Гурский наделяет аж четырьмя детьми. Но это исключительно личная заслуга Романа Ильича и его супруги Лидии, но никак не часть общегосударственной демографической политики. В конце книги, уже сдав свои президентские полномочия Гарику Бульдогу, Роман Арбитман вместе с супругой и двумя старшими детьми улетают в космос аж на 80 лет. При этом двое младшеньких арбитманчиков остаются брошенными на Земле непонятно на кого и с неясными социальными перспективами. Ведь о государственной программе поддержки рождения сверхнормативных детей по достижении ими совершеннолетия в книге Гурского нет ни слова.

Такой закономерный финал книги со всей очевидностью свидетельствует как о духовной смерти «президента» Романа Арбитмана, так и о бесславном конце всей «арбитмановщины», порожденной болезненной фантазией Льва Гурского.

Покойтесь с миром, дорогой Роман Ильич!